Дневник идеальной жены - Доманчук Наталия Анатольевна

Молодой человек, значившийся на визитке Валентином, быстро нагнулся, чтобы помочь девушке. Почти стукаясь лбами, в четыре руки они собирали раскатившиеся продукты в пакетики. До последнего дотянулись одновременно, и, разумеется, как в плохом романе, каждый потянул в свою сторону. Они подняли глаза и рассмеялись.

– Вы остались без завтрака? – спросил молодой человек, забирая у Вали сумку и придерживая ее на сей раз обеими руками, – а позвольте пригласить вас завтра на завтрак. Не при свечах, конечно, но тем не менее.

Пока Валя ошеломленно хлопала ресницами, он не замолкал:

– Кстати, меня зовут Валентин. Для друзей просто Валек или Лека.

– Леееека, – протянула Валя, пытаясь выиграть время, чтобы собрать в кучку мысли, – а меня… меня Аля, – зачем-то она собрала из букв своего имени первое, что пришло на ум.

– Очень приятно. Так, что насчет завтрака на завтра? Ух, какой каламбур. Например, около десяти. Не рано? – Лека замолчал и выжидающе посмотрел на Валю.

Лучше бы он продолжал говорить – подумалось ей. Что же делать?

Молчание затягивалось, и надо было что-то отвечать.

– В десять не рано, в десять как раз нормально… Но вы знаете, я никогда раньше не знакомилась – за завтраком… Я даже и не знаю…

– Хорошо, завтра в десять на этом самом месте, и я сразу же отдам вам деньги. Вот вам моя визитка. На всякий случай. А сейчас мне – честное слово – нужно бежать. Пока.

Придя домой, Валя обнаружила, что, убегая в магазин, забыла на тумбочке мобильник. Три пропущенных звонка и два сообщения. Все от него, от Валентина-бывшего. Она не могла в это поверить. Пальцы дрожали, отказываясь нажимать на нужные кнопки. «Почему не отвечаешь на мои звонки?», «Валя, возьми трубку, надо поговорить».

Он звонил, а она не ответила. Не взяла трубку даже после его просьбы. И он больше не пытался.

Что же делать? Звонить, объяснять, что случилось? Или вычеркнуть его из жизни и продолжать игнорировать звонки, раз уж так само получилось?

Вале хотелось тихонько заскулить, как безродной собачонке, которую бросил хозяин. Сначала приручил, а потом привязал к дереву и ушел не оглядываясь. И собачонка даже не может спросить – а за что ее так? Только скулит и царапается… Валя набрала его номер, но позвонить так и не смогла. В горле стоял какой-то острый комок, если она сейчас услышит его голос – так ничего и не сможет сказать, будет только по-собачьи плакать в трубку. Тогда она взяла в руки визитку того, чужого Валентина, покрутила её в руках и набрала его номер. Хотела сказать, что завтра никуда не пойдет и черт с ними с тремястами рублями. Но в последний момент, на гудках, опять остановила себя и повесила трубку.

***

Ровно в 10 утра Валентин Щербаков стоял у входа в магазин, держа букетик тюльпанов в одной руке и три сторублевки в другой. Он планировал отдать деньги сразу же при встрече – не любил оставаться в должниках. Али видно не было. Не появилась она и через полчаса.

Аля проснулась поздно, совершенно разбитая и с головной болью. Первым же делом обругала себя дурой и включила сотовый телефон. Ничего не было. Она опять зарылась лицом в подушку. Боже мой, ну почему, почему?.. Позови он ее сейчас – она пойдет пешком на край света, побежит босиком по подтаявшему мартовскому снегу, прыгнет с крыши – только пусть он вернется. Гордость – да какая гордость? Какая у нее может быть гордость? Она не может, просто не может так больше. Она схватила телефон, еле дождалась, когда на том конце возьмут трубку, и зашептала:

– Валя, это ты? Валечка, я больше не могу, мне так плохо, так больно… Валечка, я не могу одна. Прости меня, Валечка… Поговори со мной, пожалуйста, мне так плохо!

На том конце провода неуверенно сказали:

– Аля? Аля, я все утро ждал, а ты не пришла.

Валя недоуменно молчала. Он ждал ее? Где? Почему? Разве они договаривались? Она отстранила трубку от уха и тупо смотрела на высвечивающийся номер телефона: 916 555… Стоп! Но это же номер не ее Валентина… Его номер начинался на 963. И она вдруг поняла, что натворила – набрала номер того другого Валентина, с которым познакомилась в продуктовом, и который приглашал ее на завтрак. Как он представился? Лека? Да, точно это он. Она же набирала его номер вчера, чтобы сказать, что не придет. А вот теперь по ошибке выбрала в памяти телефона его телефон. Что же ты натворила, дура? Она поспешно отключилась, бросила телефон на кровать и снова уткнулась головой в подушку.

Через три минуты снова раздался звонок. Аля решила не отвечать, но телефон звонил и звонил и она все-таки ответила:

– Да.

– Аля, это я, Валентин. Я ничего не понимаю. Я ждал тебя все утро, потом ты позвонила, сказала непонятно что, а потом дала отбой. В чем дело? Если ты не хочешь со мной завтракать, то дай мне возможность просто вернуть тебе деньги.

– Валя, то есть… Лека… прости меня. Я вчера хотела позвонить и сказать, что не смогу прийти. Но не успела. Забегалась с делами. А сегодня… сегодня я просто по ошибке набрала твой номер, звонила совсем другому человеку. Прости. А деньги… ничего страшного… может, когда-нибудь и ты заплатишь за меня, когда я забуду дома кошелек.

– Но постой… ты же обращалась ко мне… ты сказала «Валя»

– Пожалуйста, не надо задавать вопросы. Я ошиблась и все. Пока.

– Я должен вернуть тебе деньги. Скажи свой адрес, я их принесу и сразу уйду. Если ты не хочешь меня видеть, я не буду навязчивым.

Валя назвала адрес, отключилась и снова рухнула на подушку. День начинался паршиво.

Потом она сообразила, что он скоро будет здесь и вскочила с постели. Но тут раздался еще один звонок. На сей раз она прежде чем ответить посмотрела на определитель номера: 963…

– Але – выдохнула Валентина в трубку.

– Валя? – то ли спросил, то ли просто неуверенно произнес родной голос. – Валя, послушай, только не бросай трубку. Валя, ты меня прости… но… я забыл у тебя диски. Ты же знаешь, я без них никуда. Валь, можно я зайду, заберу их? Валь, ты слышишь меня? Я быстро, я мигом.

– Слышу. Я тебя очень хорошо слышу – от злости у Валентины перехватило дыхание и она с трудом сдерживалась, чтобы не швырнуть неповинный телефон в стену, – конечно, заходи.

В ярости она нажала отбой, нервная, злая дрожь колотила ее, выгнав из сердца любовь и страдание.

В дверь позвонили. Не посмотрев в глазок, Валентина распахнула дверь и застыла. На пороге стоял Лека с букетиком тюльпанов, ароматно пахнущей пиццей, мороженым и пачкой кофе под мышкой.

– Доброе утро. Это тебе. На завтрак.

– Спасибо. – Валя посторонилась, пропуская гостя в прихожую и машинально забирая гостинцы. – Зайдешь?

– Ну, вообще-то я обещал только деньги отдать. Мне кажется сегодня неудачный день. – Лека протягивал 300 рублей, не отрывая при этом от Вали глаз. – Аль, что-то случилось? У тебя такой вид. Может, я могу чем-то помочь?

Валя решительно пригладила прядь, упавшую на глаза, вздернула подбородок, как-то вся подтянулась и спросила:

– Ты кофе варить в джезве умеешь?

– Умею.

– Тогда иди на кухню, джезва на полке. Сделай кофе… пожалуйста – успела добавить она, чтобы просьба не звучала как приказ. – А я сейчас.

Отправив Леку готовить кофе, Валентина пошла переодеваться. «На безрыбье и рак рыба. Соблазню этого Леку и пусть всем хуже будет. Тем более что он совсем ничего» – бормотала она, натягивая платье.

В дверь позвонили. «Сегодня что, день открытых дверей?» – подумала Валентина, открывая. На пороге стоял тот самый Валя, нервно теребя что-то в руках.

– Привет.

– Привет. Ты что-то хотел мне сказать?

– Да, это очень важно. Я забыл, что оставил у тебя лицензионный софт, и мне его надо вернуть. Срочно.